Автор: Екатерина Дибривская
Жанр: Романы
Подруга дочери. Ветер перемен
Глава 1
Ксюша
Солнце нещадно палит, словно пытается выжечь все воспоминания о серых московских буднях. Его лучи, острые как лезвия, пробиваются сквозь редкие кроны привокзальных деревьев, рисуя на перроне тысячи солнечных зайчиков, которые «скачут» от малейшего дуновения знойного ветерка. Я стою на перроне маленькой крымской станции, зажмурившись, и глубоко вдыхаю воздух — терпкий, пьянящий коктейль из морской соли, дорожной пыли и сладкого аромата цветущих кустов, что растут вдоль путей.
Мини-платье липнет к разгорячённому телу, сандалии обжигают ступни, а сумка кажется неподъёмной ношей. Но всё это мелочи по сравнению с тем, что я наконец-то здесь — в Крыму!
— Ксюш! Я тут! — доносится звонкий голос, и я вижу среди толпы её — Катю, мою подругу, её рыжие кудри горят в лучах солнца ярче моего выгоревшего блонда, мгновенно привлекая моё внимание.
Протискиваясь сквозь толпу встречающих и провожающих, подталкивая перед собой чемодан, я наконец добираюсь до неё. Мы обнимаемся, смеясь и кружась, и я улавливаю знакомый с детства запах предстоящего отпуска — крема для загара и беззаботности.
— Доехала нормально? — спрашивает Катя, отстраняясь и подхватывая одну из моих сумок.
— Если считать нормальным пять часов в плацкарте с кричащим младенцем и бабушкой, которая всё время пыталась меня накормить пирожками… то да, просто идеально! — смеюсь я. — Но теперь я здесь! И это главное!
Мы выходим из здания вокзала, и у меня перехватывает дыхание. Море! Оно раскинулось передо мной во всей своей величественной красе — бескрайняя синева, сливающаяся с небом на горизонте. Зелёные холмы, усыпанные белыми и рыжими крышами домов, словно игрушечными, раскинулись до самого горизонта. Воздух здесь особенный — густой, солёный, пьянящий, он проникает в лёгкие, кружит голову и заставляет сердце биться чаще.
— Папа нас ждёт у машины, — говорит Катя, направляясь к старенькой, но ухоженной вольво.
У открытой водительской двери стоит он — Иван Андреевич. Тот самый, которого я видела пару раз на родительских собраниях в универе. Но здесь, в Крыму, он совершенно другой. Не строгий преподаватель в костюме, а… мужчина. Высокий, подтянутый, в простой белой футболке, которая обрисовывает мощные плечи и бицепсы. Седые пряди на висках только подчёркивают его смуглую, загорелую кожу и пронзительные серые глаза, которые сейчас изучают меня с каким-то особым вниманием.
— Ксения, здравствуйте, — его голос низкий, бархатистый, как море в штиль, но с металлическим оттенком. Он протягивает руку. Его рукопожатие твёрдое, тёплое. — Рады, что приехали. Закидывайте вещи.
— Здравствуйте, Иван Андреевич. Спасибо за приглашение, — лепечу я, чувствуя, как предательский румянец заливает щёки.
Он просто помогает загрузить сумку и чемодан в багажник, а моё сердце колотится как сумасшедшее.
«Ксюша, соберись! Это отец твоей подруги! Тренер! Ему лет сорок пять, а тебе всего двадцать!» — кричит внутренний голос. Но его слова тонут в волне внезапного смущения и… интереса?
Я украдкой бросаю взгляд на его руки — сильные, с выступающими венами, на то, как уверенно он двигается, как солнце играет на его загорелой коже. И в этот момент понимаю — Крым встретил меня не только морем и солнцем, но и чем-то гораздо более волнующим.
Дорога до их дома — это отдельное приключение. Извиваясь серпантином, машина взбирается всё выше по горным склонам. За окном мелькают головокружительные виды: изумрудные долины, утопающие в дымке моря, величественные скалы, покрытые плащом из виноградников, и крошечные домики, словно прилепившиеся к склонам. От этой неземной красоты перехватывает дыхание, хочется остановить время, запечатлеть каждый момент в памяти.
Катя, не умолкая ни на секунду, рассказывает о местных достопримечательностях, пляжах, тусовках, тараторит о том, как здоровы мы проведём время. Её звонкий голос с гулом ветра из открытых окон, а энтузиазм заразителен. Я невольно поддакиваю, хотя мыслями всё время возвращаюсь к водителю. Иван Андреевич ведёт машину с уверенностью человека, который знает каждую выбоину на этом пути. По большей части он молчит, лишь изредка вставляя короткие реплики или отвечая на вопросы дочери. Его сильные руки уверенно держат руль, а профиль в зеркале заднего вида кажется высеченным из мрамора: сильная линия скулы, решительный подбородок, сосредоточенный взгляд, устремлённый вперёд.