Снежная Нега хана Ротмира - Ирина Соляная читать книгу онлайн

Автор: Ирина Соляная

Как блестят утренние лучи на новых монистах Гориславы! Подарок молодого хазарского хана Ротмира выделил ее среди сотни пленниц, захваченных в северных землях. Но почему её серые глаза смотрят безрадостно? Сегодня Ротмир лично посмотрел на богатую добычу и выбрал её, дочь опального боярина. Были у хазарина наложницы на любой вкус: чернокосые и волоокие половецкие дочери, что носят под юбками шелковые шаровары с соблазнительными разрезами, луноликие тайбугинки, кутающиеся в меховые шубы, которые они надевали прямо на обнаженные тела, рыжеволосые веснушчатые мадьярки, похожие на маленьких степных лисичек. И только гордые славянки не попадались хазарскому хану.

— Хочу попробовать вкус этих губ, — ткнул пальцем Ротмир в невысокую белокожую девушку, чьи волосы струились, как темные волны непокорной Вольги-реки.

Он дал распоряжение старой служанке установить новой наложнице отдельный от других девушек шатёр, устлать его коврами, украсить дорогими шалями и тонконосыми кувшинами, курительницами благовоний и расшитыми подушками. Горислава теперь не дочь боярина Доброжира. Не жить ей в тереме, не гулять по зелёной роще с подружками, не слушать слепого гусляра. Боярин пошел против князя Владимира, и судьба его детей была решена. Дочь продали как кобылу на торжище, а младшего сына владыка отдал псарям в учение. Может, от того и темны глаза Гориславы, что кажется ей, будто счастье отвернулось от неё навеки.

Старая служанка толкнула в спину боярышню, и та послушно пошла в новый шатёр. Не хозяйкой, а игрушкой будет она в жестоких руках Ротмира.

— Чего ты на дыбы становишься, точно необъезженная кобыла! — приговаривала служанка, срывая с Гориславы пыльное платье. — Молодой хан красив и богат. Доброта и справедливость его не знает границ. У кого еще есть такие тёмные кудри и глаза, подобные звёздам на небесах? У кого поступь мягка, как у горного барса, а сила не уступает медвежьей? Он будет с тобой ласков, если ты поймешь, какая честь выпала тебе.

— Боярские дочери кочевникам ложе никогда не грели.

Отборная пощечина заставила девушку замолчать.

— Твои глупые речи заведут тебя в могилу! — буркнула служанка и принялась тереть жёсткой мочалкой плечи и грудь девушки, поливая её холодной водой.

Закончив умывание, служанка расчесала мокрые кудри Гориславы и велела их заплести с алыми лентами. Незнакомое парчовое платье с чужого плеча пришлось пленнице в пору. Да и не всё ли равно, что надевать? Горислава не желала никому нравиться.

Ротмир пришёл, как только луна выкатилась из-за горной гряды. Горислава покорилась всем его желаниям, но оставалась холодна. Её руки висели, как плети, а лоно было сухо. Вместо нежности тёмные глаза были наполнены слезами. Лежа на боку, поигрывая золотистыми кудрями северной девы, хан спросил её, чего она хочет.

— Вернуться в отцовский терем и выкупить Тихомира.

— Ты же знаешь, что прошлое никогда не возвращается к нам. Забудь то, что было до встречи со мной. Теперь твои желания должны будут принадлежать только мне.

— Если ты можешь владеть моим телом, к мыслям моим тебе не добраться, — дерзко ответила Горислава, и привстала на локте, ожидая, что молодой хан ударит её. В глазах Ротмира блеснул гнев, но он подавил его.

— Старуха ведунья знает средство, как приручить буйные мысли. Она приготовит питьё, и тебя охватит сладкое забвение. А когда морок рассеется, голова будет пуста, как кувшин. И её можно будет наполнить другими, счастливыми мыслями. Но если и это не поможет тебе, то ты вернешься в шатёр к другим пленницам. Или я отдам тебя плешивому Мурату, я видел, как он зыркал в твою строну.

Горислава вспомнила косоглазую рожу надсмотрщика, располосованную наискось уродливым шрамом, вспомнила его короткие и кривые ноги, поросшие жёстким волосом, грубые руки.

— Прости меня, светлый хан, я не хочу печалить тебя, — прошептала она, — но мне трудно притворяться. Я не привыкла к жестокости, к принуждению.

Ротмир усмехнулся и поднялся с ложа, потянулся за халатом.

— Забудь прошлое. Ты больше не боярская дочь. И тебя больше не зовут Гориславой. Твое имя Нега. И ты будешь со мной нежной. Я хочу, чтобы завтра ты была весела и пела мне, — бросил он и, не оборачиваясь, вышел из шатра.

На другой день, когда солнце клонилось к закату, ведунья сама пришла в шатёр новой наложницы. Ротмир назвал ведунью старухой, но он умолчал об её безобразии. Более отвратительной жабы представить себе было трудно. Распухшее лицо, усеянное бородавками, длинный крючковатый нос, достававший до нижней губы, спутанные седые космы, торчавшие из-под косо повязанного платка, наклонились над лежавшей на подушках девушкой. На Гориславу пахнуло болотным смрадом, и она отшатнулась.