Ланкастеры и Йорки. Война Алой и Белой розы читать книгу онлайн

Моему дорогому дяде, Рэнкину Лоримеру Уэйру, в ознаменование его девяностолетнего юбилея.

А также памяти его любимой жены Дороти Уэйр.

А также моему крестному сыну Дэвиду Джонатану Марстону, по случаю его двадцать первого дня рождения.

Протокол этой сессии парламента не сохранился, однако рассматривавшиеся на ней дела зафиксированы во многих документах того времени. Согласно «Большой Лондонской хронике», «король Эдуард был лишен наследства вместе со всеми своими детьми и провозглашен по всему королевству узурпатором власти. Глостер, его младший брат, был объявлен изменником, и оба лишены гражданских и имущественных прав». Все изданные начиная с 1461 года указы, которыми объявлялись вне закона и лишались прав аристократы из ланкастерского лагеря, были отменены. Джасперу Тюдору официально был возвращен титул графа Пембрука вместе с земельными владениями, и, кроме того, король щедро вознаградил его, даровав ему другие поместья, включая обширные имения в Южном Уэльсе и в Валлийской марке, прежде принадлежавшие лорду Герберту. Наследственные владения вернули и другим аристократам – сторонникам Ланкастеров, в том числе Эксетеру, Сомерсету и Ормонду и «потомкам оных, на веки вечные». Парламент признал Уорика лордом-наместником и защитником королевства и короля, Кларенса – его помощником и ликвидировал большинство органов йоркистского правительства. Лорд Монтегю получил монаршее прощение за прежнюю свою преданность Эдуарду IV, так как заявил, что служил ему из страха.

Пока Кларенс, поддержавший возвращение на трон Генриха VI, почти ничего не выиграл; несомненно, он полагал, что обретет куда большую политическую власть, когда бразды правления получит Уорик, но пока не было никаких признаков, что это произойдет. К тому же у него почти не было надежд взойти на трон. Теперь, когда парламент отменил указы о лишении прав ланкастерских пэров, ему еще угрожала перспектива утратить несколько своих имений, и, хотя Уорик пообещал ему возместить эти потери, Кларенс был настроен достаточно реалистично, чтобы усомниться в надежности его слова.

3 декабря, на великой ассамблее в Туре, Людовик XI официально расторг договор о дружбе с Бургундией, аннулировав его на том основании, что Карл-де заключил альянс с Эдуардом IV. Этот враждебный шаг возвещал начало войны между Людовиком и его могущественным вассалом, каковая и составляла издавна цель Людовика. Теперь он вознамерился сокрушить Бургундию с помощью Англии и, не теряя времени, отдал своим войскам приказ вторгнуться на территорию Бургундии. Только потом он отправил посланника в Англию обсудить, какую поддержку она ему окажет, тем самым поставив Уорика перед fait accompli.

Прежде чем французские посланники взошли на корабль, который должен был привезти их в Англию, они получили аудиенцию у принца Уэльского, приложившего свою печать к двустороннему договору, по условиям которого он обязывался воевать с Бургундией, пока не будет завоеван последний уголок герцогских владений, и убедить своего отца-короля ратифицировать это соглашение.

Приплыв в Англию, посланники принялись уговаривать Уорика выполнить его часть соглашения с Людовиком, предлагая ему бургундские графства Голландию и Зеландию в качестве приманки; Людовик знал, что Уорик столь страстно жаждет титула принца и сопутствующих ему земельных владений, что не устоит перед таким соблазном, не слушая ничьих возражений. Впрочем, ни посланники, ни граф не сумели убедить английских вельмож и купцов, что альянс с Францией будет более выгоден для Англии, чем тот, что Эдуард IV уже заключил с Бургундией. Корабли не отплывали из лондонского порта и не приходили туда, английские товары нельзя было экспортировать за границу. Лондонские купцы в такое время совершенно не жаждали союза с Францией. Выступали против него и простые люди, ведь договор с Бургундией принес Англии новое процветание и открыл прибыльный рынок для ее товаров. Простой народ не видел оснований рисковать этими преимуществами. В таком случае Уорику, чтобы поступить честно и выполнить свою часть соглашения с Людовиком, пришлось бы пойти наперекор интересам английского народа.

До сих пор Карл Смелый проявлял сочувствие к вернувшему себе власть Генриху VI, однако весть о том, что Людовик расторг их договор, заставила его задуматься о своем положении и прийти к выводу, что, может быть, выгоднее было бы поддержать йоркистов, которые неизменно относились к нему дружелюбно.