Азбука для побежденных читать книгу онлайн

Автор: Екатерина Белецкая

Азбука для побежденных

Проект «Сфера», второй том

Седой холодный полумрак,

Чужих страниц непониманье.

Зачем придуманы страданья,

И память нагоняет страх?

О, серый мир…

Ниспослан всуе,

Забыт, зачеркнут, отрешен.

Меня по-новому рисуют,

И темнота со всех сторон.

Что было горем?

Что победой?

Где одиночество?

Где смерть?

Воспоминанья тихо дремлют,

Не пережить, не перечесть.

То, что казалось благородным,

Что было чудно хорошо

Забыто вмиг.

И первородный

Меж строчек вымаран грешок.

На старой полке — вдохновенье,

Пиры, и длинные столы,

Стоят, затихнув, без движенья

Единороги, львы, орлы…

Ket, 1991

ЧастьI

Разум, сила, и вера

1

Бегство

Ах, какой ветер, какой ветер… Сумасшедший, тёмный, он играет стаями чёрных птиц, раскачивает деревья, грозясь вырвать их с корнем, и забросить куда-то в серое мутное предвечернее небо, гонит редких прохожих, подталкивая их в спины, он несет с собой промозглую влагу неожиданного зимнего тепла, и весь город охвачен этим ветром, и подчинён ему, и тревога летит с ним над городом, тревога и безнадежность, и нет от него спасения.

На самом деле спасения нет вообще.

Они придут. Они придут за ней уже совсем скоро, и бесполезно таиться и прятаться, ведь они всемогущи, и ей нечего, совершенно нечего им противопоставить. Она точно знала, что они придут, и стояла сейчас у окна, глядя на беснующийся ветер, на деревья с обнаженными ветвями, которые ветер гнул и ломал, и ждала — потому что неотвратимость не оставила ей сейчас ни единого шанса вообще ни на что. Они победили, и она это знала.

— Что же я такое сделала? — жалобно спросила она. — Не помню. Но я точно что-то сделала. Они ведь не приходят просто так.

Мысли путались, и ей не удавалось совладать с ними, словно мысли эти стали подобны ветвям на сумасшедшем ветру, там, за окном.

— Я не помню, — жалобно прошептала она. — Не понимаю…

Дверь сотряс первый удар, сильный настолько, что звякнули испуганно чайные чашки, стоявшие в сушилке. Она вздрогнула, обернулась — там, в коридоре, осыпалась с потолка тонкая пыль побелки. Следующий удар сотряс дверь, побелка посыпалась снова; за дверью раздались грубые мужские голоса:

— Открывай, тварь! А ну, открыла быстро! Всё равно же войдем, паскуда, и лучше бы тебе открыть!..

— Нет, — совсем уже беззвучно прошептала она. — Нет, не лучше.

Ещё один удар. И ещё. И ещё. И ещё. Голосов становится больше, и дверь, кажется, уже поддается, а это значит, что они сейчас будут здесь, а если они способны сделать такое с тяжелой железной дверью, что же они могут сделать с ней?

Она дернулась, кинулась к окну, и распахнула его — на пол полетел горшок с геранью, газеты, какие-то мелочи, и в окно ворвался ветер, тот самый, ворвался и пронёсся по тесной кухне, взметнув занавески, и обдав её, стоявшую напротив окна, своим дыханием.

— Я лучше туда… — беззвучно сказала она. Подоконник был высокий, поэтому ей пришлось сперва забраться на стул, и лишь потом она ступила на выщербленную деревянную поверхность, старую, с отметками от чашек, встала, и сделала шаг вперёд, навстречу ветру, деревьям, и оттепели.

Но…