Я жила в плену читать книгу онлайн

Автор: Флориан Дениссон, Елена Викторовна Клокова

Флориан Дениссон

Я жила в плену

Мужчинам и женщинам, которые каждый день сражаются за наше здоровье и безопасность, за то, чтобы обеспечить нам достойную жизнь, и продолжают делать это с улыбкой, несмотря на отсутствие благодарности

Florian Dennisson

L’OUBLIÉE

Copyrigth © Chambre Noire, 2021

First published in France by L’Oiseau Noir éditions, Sevrier

This edition published by arrangement with LEOR LITERARY AGENCY and Synopsis Literary Agency

Издательство Азбука ®

Приближался день рождения единственной дочери, и, как всегда, ей в эту пору было трудно дышать, внутри все болело.

Каждый день, приближавший получение письма, над которым она выплачет все слезы, был пропитан тревогой.

Текст письма один и тот же, все слова она давно выучила наизусть, но все еще надеялась, поэтому принуждала себя вскрыть конверт и прочесть.

Вот и сейчас она шла к почтовому ящику неверным шагом, как будто робкая, десятикратно обманутая надежда тянула ее назад.

Ледяной ветер пробрался под накинутую на плечи шаль, и она поправила ее медленным машинальным жестом, хотя давно перестала ощущать холод.

Ее сердце, вечность назад утратившее способность чувствовать, вновь болезненно екнуло, перед тем как она достала конверт, надписанный знакомым почерком. Дрожащие узловатые пальцы вытащили листок…

За одиннадцать лет не изменилось ни одно слово.

Мадам, с Вашей дочерью все в порядке. В этом году она снова отпразднует день рождения в моем обществе. Вспомните о ней – вы никогда больше не увидитесь.

Максим Монсо отбросил влажные от пота простыни, приподнялся на локтях, повернул голову влево и увидел смуглый профиль Ассии. Укрывшись одеялом, она крепко прижималась щекой к подушке, как будто пыталась уцепиться за реальный мир и не раствориться окончательно в царстве сновидений. Ассия дышала совсем легко и редко, не нарушая царившей в спальне тишины. Последние мгновения покоя, предваряющие очередной суматошный день.

Аджюдан Монсо принял обжигающий душ и торопливо оделся. Он может опоздать на сеанс к своему психиатру, что недопустимо: Монсо ненавидел опаздывать. Вообще-то, сейчас он вряд ли мог решить, что ему ненавистнее – расхлябанность или регулярные визиты к доктору Катарини. Наверняка и то и другое. Раз в две недели Монсо являлся в кабинет, поскольку встречи с врачом гарантировали, что он будет по-прежнему служить в следственной бригаде Анси. Это не было закреплено на бумаге, официально никто ничего не заявлял, но Максим прекрасно понимал: раз ему рекомендовали ходить на консультации, значит так решил кто-то из вышестоящих, желая быть уверенным, что Монсо при исполнении будет держаться в рамках.

Максим крепче сжал руль и глубоко вздохнул. Противно, когда тебя учит жить неряшливый адвокат, но последняя фраза Шварцмана задела его. Вернулись обрывочные картинки из детства, он вспомнил, на какие нарушения закона пришлось пойти Анри Саже, чтобы вырвать его, Максима, из когтей секты, где они с сестрой по воле родителей провели около десяти лет. Чисто черный или белый. Сегодня это выражение опошлено, звучит высокомерно, почти слащаво – так говорит каждый, кто не хочет отвечать за свои действия, – но адвокат прав. Все не так просто, не по-манихейски. Максим – жандарм, он знает, как тонка грань. Его цель благороднее: он борется с несправедливостью. Разве не справедливо, что молодая женщина, которой еще нет тридцати, хочет использовать алчность окружающего мира, чтобы изменить свою жизнь после многих лет мучений? От обмана пострадает только ее совесть. Больше никто.

Максим встряхнулся и спросил:

– Вы ведь догнали меня не ради того, чтобы просветить насчет своей бесплатной работы?

– Энцо Клеман у вас, да или нет? – с ухмылкой переспросил адвокат.

– Ненадолго.

– Устройте мне встречу с высшими чинами. Думаю, мне есть что предложить прокурору Республики. У вас в камере сидит один из крупнейших наркоторговцев Европы – я уверен, можно повести дело так, чтобы Виктории не пришлось менять свою версию событий.