Война князей. Том 6. Пепел на губах читать книгу онлайн

Автор: Алексей Вязовский

Тишина. Густая, вязкая, как смола, застывшая в ушах. Не та благословенная тишина отдыха после битвы или глубокого ночного покоя, а мертвая, оглушающая тишина пустоты внутри. Она звенела, давила на барабанные перепонки, заполняла собой все пространство. Я лежал на кровати в своей спальне в Охотничьем Замке, глядя в грубо отесанные балки потолка, и не чувствовал ничего, кроме этой звенящей пустоты и стойкого привкуса пепла на губах. Словно я наелся золы. Пепла от сожженного моста к чему-то… живому? Человеческому? К тому парню, Артему Федорову, которым я когда-то был? Или к тому наивному княжичу Йену, который сгорел на алтаре?

Бренна. Мертва. Убита этим ублюдком Дирком. Убита на моих глазах, пытаясь… защитить меня? Или просто спасти свою шкуру, зная, что Эвета ее не простит? Уже не важно. Она мертва. И я… я убил Дирка. Не просто убил — прикончил бы и ладно, одним подонком меньше. Но я… я приказал мечу истязать его. Я наслаждался его предсмертными муками, его агонией, транслируя их той суке, Верховной ведьме Эвете, через их проклятую связь. Я отдал приказ своему верному ас-уруму, мечу, который стал частью меня, который не раз спасал меня. И он… выполнил. Без колебаний. Но теперь он молчал. Не привычным теплом в руке, не тихим ободряющим шепотом в сознании, а ледяным, осуждающим молчанием. Словно я осквернил его. Или себя. Или нас обоих. Словно меч, предназначенный для защиты жизни и справедливости, вдруг осознал, что его использовали как орудие пытки. Блин. Доигрался, князь.

Ярость. Она выжгла меня дотла в тот момент. Ярость на Дирка, на Эвету, на весь их Орден Молчащих ублюдков, на Аша и его прихвостней. Ярость на Бренну… Да, чтоб ее, и на нее тоже. За то, что лгала. За то, что водила меня за нос. За то, что оказалась одной из них. Темной ведьмой, шпионкой, связанной с теми, кто пытал меня на Острове Магов, кто убивал моих людей, кто привел Темных Лордов в мой собственный дом, в мой родовой замок. Как я мог быть таким слепцом? Как мог не видеть, не чувствовать ее лжи, ее тьмы? Или просто не хотел? Затмила глаза красивая мордашка и готовность раздвинуть ноги? Признайся, Артем, то есть Йен, ты просто повелся, как последний идиот.

Боль. Не физическая — тело почти восстановилось после чудовищного магического истощения. Спасибо Тамире и, как она туманно намекнула, вмешательству богини Карифы, которая, видимо, решила, что я ей еще зачем-то нужен. А душевная боль. Тупая, ноющая, выворачивающая наизнанку. Боль потери — не столько Бренны-женщины, сколько иллюзии, надежды на что-то нормальное в этом проклятом мире. Боль предательства. Она была хуже ожогов, хуже ран, оставленных инисами. Она разъедала изнутри, оставляя тот самый мерзкий привкус пепла.

Я закрыл глаза. Образы метались в голове, как обезумевшие летучие мыши: лицо Бренны, искаженное болью и страхом… или решимостью?; ухмылка Дирка, полная торжества и похоти; вспышка моей силы, черной, неуправляемой; крики Дирка, которые я сам же и транслировал… Я заставил себя отвернуться от них. Хватит. Самокопание — роскошь, недоступная князю, особенно когда война стучится в ворота. Надо вставать, собирать себя по кускам и делать то, что должен.

Дверь тихо скрипнула. Без стука. Значит, Тамира. Старая ведьма вошла бесшумно, как тень. Выглядела уставшей, морщины на лице казались глубже, но глаза ее были острыми и строгими, как всегда. Она поставила на столик рядом с кроватью дымящуюся глиняную чашку с отваром.

— Пей, княжич. Силы восстанавливать надо. Не только телесные, но и душевные. Особенно душевные.

Я сел на кровати, потер лицо. Взял чашку. Горький, терпкий травяной запах ударил в нос. Знакомый запах ее лекарских зелий.

— Спасибо, Тамира. За все. И за то, что вытащила… снова.

— Не за что тут благодарить, — буркнула она, присаживаясь на край сундука. — Сама недоглядела. Знала ведь, нутром чуяла, что девка нечиста, темная. А проморгала, чем это пахнет. Думала, любовь твою к ней боги попустили для чего-то… Может, чтобы вытащить ее из тьмы? А оно вон как обернулось. Пепел да горечь.

— Она лгала мне. С самого начала. Играла со мной.

— Лгала, — кивнула Тамира, не сводя с меня своих пронзительных глаз. — Но и любила, по-своему, по-ведьмински. Иначе бы не дернулась тогда нож на себя повернуть, лишь бы в тебя он не попал. Сложные твари эти Молчащие, путаные у них дорожки, темные клятвы их держат крепче цепей. Но ты… Ты чуть все не порушил. Себя, меч свой, равновесие стихий внутри… чуть душу свою не продал за миг мести.